Разбой сопряженный с убийством приговор

Разбой сопряженный с убийством приговор

Определение Верховного Суда РФ от 15.12.2005 N 67-о05-73 Приговор по делу о совершении убийства и разбоя оставлен без изменения, поскольку если лицо во время разбойного нападения совершает убийство потерпевшего, то содеянное им в соответствии с разъяснениями Пленума Верховного Суда РФ следует квалифицировать и как убийство, сопряженное с разбоем, и как разбой.

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

от 15 декабря 2005 года

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего Разумова С.А.,

судей Коннова В.С.,

рассмотрела в судебном заседании от 15 декабря 2005 года кассационную жалобу адвоката Пчелинцева А.В. на приговор Новосибирского областного суда от 2 августа 2005 года, которым

Ш., , русский, с образованием 9 классов, не работавший, ранее судимый:

5 сентября 2001 г. по п. п. “а“, “в“ ч. 2 ст. 158 и ч. 1 ст. 167 УК РФ к двум годам трем месяцам лишения свободы, освобожден 11 июня 2002 года условно-досрочно на 1 год, 1 месяц и 1 день,

осужден: по п. “в“ ч. 4 ст. 162 УК РФ — к десяти годам лишения свободы без штрафа; по ч. 5 ст. 33 и п. “з“ ч. 2 ст. 105 УК РФ — к тринадцати годам лишения свободы; по п. п. “а“, “ж“, “з“ ч. 2 ст. 105 УК РФ — к пятнадцати годам лишения свободы; по ст. 324 УК РФ — к девяти месяцам исправительных работ с удержанием десяти процентов заработка в доход государства; по совокупности преступлений на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ — к девятнадцати годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Ш. признан виновным и осужден:

— за разбойное нападение на супругов Ш.И. и Ш.М., совершенное группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в жилище, с причинением им тяжкого вреда здоровью и с применением предметов, используемых в качестве оружия;

— за пособничество Ч. в убийстве Ш.И., 1925 года рождения, сопряженное с разбоем;

— за убийство второго лица — Ш.М., 1929 года рождения, совершенное группой лиц по предварительному сговору и сопряженное с разбоем;

— за незаконное приобретение государственных наград РФ и СССР.

Преступления совершены им в г. Черепаново Новосибирской области 29 января 2005 года при обстоятельствах, установленных приговором.

Заслушав доклад судьи Коннова В.С., мнение прокурора Костюченко В.В., полагавшего необходимым приговор в отношении Ш. оставить без изменения, Судебная коллегия

в кассационной жалобе адвокат Пчелинцев А.В. в защиту интересов осужденного Ш. просит изменить приговор, исключить из обвинения Ш. п. “в“ ч. 4 ст. 162; п. 5 ст. 33, ч. 2 ст. 105 УК РФ и снизить меру наказания, ссылаясь на необоснованность этой квалификации. Как указывает адвокат Пчелинцев, установлено, что осужденные имели умысел на убийство и последующее хищение имущества, в связи с чем их действия следует квалифицировать по п. “з“ ч. 2 ст. 105 УК РФ, а дополнительная квалификация по ч. 4 ст. 162 УК РФ является излишней, поскольку после совершения убийства объекта нападения, предусмотренного разбоем, уже не было и в момент завладения имуществом потерпевшие были уже мертвы, открытого завладения имуществом не было, следовательно, хищение было тайным. Кроме того, адвокат Пчелинцев указывает, что Ш. убийства Ш.И. и Ш.М. не совершал, лишь при входе в дом ударил один раз кулаком в лицо Ш.И. и пнул ногой.

В возражениях: государственный обвинитель Мишина Л.А. считает доводы жалобы несостоятельными и просит оставить приговор без изменения;

— потерпевший Д. также считает доводы жалобы несостоятельными, но полагает, что Ш., М., Ч. должны быть приговорены к высшей мере наказания.

Проверив материалы дела и обсудив доводы кассационной жалобы и возражений на нее, Судебная коллегия находит приговор в отношении Ш.И.Н. законным, обоснованным и справедливым по следующим основаниям.

Виновность Ш. в содеянном им подтверждается совокупностью доказательств, собранных по делу, исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре, а его виновность в убийстве Ш.М., совершенном группой лиц по предварительному сговору и сопряженном с разбоем, и в незаконном приобретении государственных наград РФ и СССР не оспаривается в жалобе.

При допросе в качестве подозреваемого 2 февраля 2005 года Ш. пояснял, что он душил Ш.М. руками, та потеряла сознание, но затем к ней вернулось сознание, и он с М., положив ей на шею швабру и наступив ногами на ее концы, стояли так, пока Ш.М. не перестала дышать и пока швабра не переломилась.

Аналогичные данные приводили в протоколах явок с повинной и при даче показаний в ходе предварительного следствия М. и Ч.

Из протокола осмотра места происшествия и показаний потерпевшего Д. и свидетеля Ш.Н. следует, что при обнаружении трупа Ш.М. около ее головы, по обе стороны от нее, лежала сломанная швабра.

Как видно из акта судебно-медицинской экспертизы, смерть Ш.М. наступила от механической асфиксии при сдавливании органов шеи тупым твердым предметом.

При таких данных вывод суда о виновности Ш. в убийстве Ш.М. соответствует имеющимся доказательствам, правильно оцененным судом.

Как пояснял Ш., при его допросе в качестве подозреваемого 2 февраля 2005 года и при проверке его показаний с выходом на место 8 февраля 2005 года, Ч. сообщил, что в доме Ш.И. и Ш.М. (“у деда с бабкой“) он видел в окно кучу денег и он, М. и Ч. договорились совершить убийство Ш.И. и Ш.М. и завладеть их деньгами. Когда Ш.И. (“дед“) открыл дверь, он (Ш.) ударил его кулаком в лицо, отчего тот попятился назад и упал на спину. Он (Ш.) и М. зашли в дом, а Ч. остался с Ш.И. (“дедом“). Они спрашивали у Ш.М. деньги, он стал искать их в доме, а затем задушил Ш.М. Он зашел в кухню и забрал 1500 рублей денег.

Как пояснял Ч. в ходе предварительного следствия, М. напомнил ему, что ранее он (Ч.) говорил, что, проходя мимо дома Ш.И. и Ш.М., видел через окно, как Ш.И. считал много денег. Он, М. и Ш. договорились пойти к Ш.И. и Ш.М., убить их и забрать деньги. Он (Ч.) и М. заявили, что первыми не будут убивать Ш.И., Ш. согласился делать это первым. Когда Ш.И. открыл дверь, Ш. ударил его кулаком в лицо, и тот упал, а Ш. и М. по разу “пнули“ Ш.И. по лицу. М. сказал ему, чтобы он “добил“ Ш.И., сами М. и Ш. ушли в дом. Ш.И. не поднимался, но был жив. Он (Ч.) задушил Ш.И. и пошел в дом. Ш. и М. искали деньги, спрашивали их у Ш.М.

Аналогичные данные указывал в ходе предварительного следствия и М.

В жалобе не оспаривается, что, идя к дому Ш.И. и Ш.М., Ш., М. и Ч. имели умысел на убийство Ш.И. и Ш.М. и хищение их имущества. Также не оспаривается и то, что, имея единый умысел на убийство Ш.И., Ш. нанес ему удар кулаком в лицо, отчего Ш.И. упал, а Ш. нанес ему удар ногой в обуви в область головы, после чего зашел в дом, а Ч. задушил лежавшего Ш.И.

С учетом того что у Ш. имелся единый с М. и Ч. умысел на убийство Ш.И. и он, применив к Ш.Н.И. указанное насилие, сломил его сопротивление, а Ч. довел до конца их общий умысел и задушил Ш.И., суд пришел к обоснованному выводу о том, что своими действиями в отношении Ш.И. Ш. способствовал его убийству Ч.

Судом правильно установлено, что после нападения на Ш.И. Ш. проник в дом, где требовал у Ш.М. деньги и отыскивал их.

По смыслу закона (ст. 162 УК РФ) разбойное нападение является оконченным преступлением с момента нападения в целях хищения чужого имущества, независимо от того, завладели или не завладели фактически виновные лица чужим имуществом. Поскольку Ш. совершил нападение на Ш.И. и Ш.М. в целях хищения их имущества, то он совершил оконченный разбой.

В соответствии с действующим уголовным законом ст. 162 УК РФ расположена в главе 21 “Преступления против собственности“ и регулирует отношения, связанные с защитой права собственности, а ст. 105 УК РФ помещена в главе 16 “Преступления против жизни и здоровья“ и регулирует отношения, связанные с охраной жизни. Таким образом, ст. 162 и ст. 105 УК РФ объектом преступления имеют разные правоотношения и убийство не может охватывать другого преступления — разбоя.

Как разъяснил Пленум Верховного Суда Российской Федерации:

в п. 22 Постановления N 29 от 27 декабря 2002 года “О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое“ — если лицо во время разбойного нападения совершает убийство потерпевшего, содеянное им следует квалифицировать по п. “з“ ч. 2 ст. 105 УК РФ, а также — по п. “в“ ч. 3 ст. 162 УК РФ (в соответствии с Федеральным законом РФ от 8 декабря 2003 г. ей соответствует п. “в“ ч. 4 ст. 162 УК РФ). При наличии в действиях виновного в разбойном нападении других отягчающих обстоятельств (например, разбой, совершенный группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в жилище, с применением оружия и т.п.) эти признаки объективной стороны разбоя должны быть указаны в описательной части приговора;

в п. 11 Постановления N 1 от 27 января 1999 года “О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)“ — как сопряженное с разбоем следует квалифицировать убийство в процессе совершения разбойного нападения. Содеянное в таких случаях квалифицируется по п. “з“ ч. 2 ст. 105 УК РФ в совокупности со статьей УК РФ, предусматривающей ответственность за разбой.

При таких обстоятельствах квалификация действий Ш. по п. “в“ ч. 4 ст. 162; ч. 5 ст. 33 и п. “з“ ч. 2 ст. 105; п. п. “а“, “ж“, “з“ ч. 2 ст. 105 и ст. 324 УК РФ по указанным в приговоре признакам является правильной.

Наказание Ш. назначено судом в соответствии с требованиями закона; с учетом целей наказания, установленных ч. 2 ст. 43 УК РФ, данных о его личности, влияния назначенного наказания на его исправление и всех конкретных обстоятельств дела.

Назначенное Ш. наказание является справедливым, соразмерным содеянному самим им и оснований к его смягчению не имеется. (Вопрос, поставленный в возражениях потерпевшего Д. на жалобу адвоката Пчелинцева А.В. о необходимости назначения осужденным высшей меры наказания, разрешению не подлежит в связи с тем, что потерпевшим Д. кассационной жалобы на приговор не подавалось).

Нарушений уголовно-процессуального законодательства, влекущих отмену приговора, из материалов дела не усматривается.

Судебная коллегия не находит оснований для удовлетворения жалобы.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 377, 378 и 388 УПК РФ, Судебная коллегия

приговор Новосибирского областного суда от 2 августа 2005 г. в отношении Ш. оставить без изменения, а кассационную жалобу адвоката Пчелинцева А.В. оставить без удовлетворения.

Сегодня вынесен приговор в отношении двоих лиц, совершивших разбойное нападение и убийство 71-летней пенсионерки

Сегодня, 6 октября 2017 года, Краснодарский краевой суд, согласившись с доказательствами, представленными государственным обвинителем – прокурором Краснодарского края, вынес приговор в отношении жителей Гулькевичского района 29-летнего Р. и 43-летнего К.

Они признаны виновными в совершении преступлений, предусмотренных п.п. «ж, з» ч. 2 ст. 105 УК (убийство, совершенное группой лиц, сопряженном с разбоем), «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ (разбойное нападение, совершенное с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением предметов, используемых в качестве оружия, с незаконным проникновением в жилище, с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшей), п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ (кража, совершенная группой лиц по предварительному сговору, с причинением значительного ущерба потерпевшей, с незаконным проникновением в жилище).

В суде установлено, что 4 декабря 2016 года около 11 часов указанные лица в состоянии алкогольного опьянения прибыли к домовладению 71-летней жительницы села Новоукраинского Гулькевичского района и потребовали у нее денежные средства. Получив отказ, К. проник в домовладение пенсионерки, где напал на нее и стал душить, а затем нанес множественные удары кулаками по лицу и телу. Услышав крики потерпевшей, Р. также проник в домовладение, запер входную дверь, и присоединился к избиению потерпевшей. Получив очередной отказ выдать денежные средства, К. и Р. убили пенсионерку кухонным ножом.

После совершения убийства нападавшие обыскали комнаты дома, похитили сотовый телефон и телевизор, причинив ущерб на сумму 11,6 тыс. руб.

Суд, с учетом мнения государственного обвинителя, тяжести совершенных преступлений, назначил К. и Р. 18 лет лишения свободы каждому, с отбыванием в исправительной колонии строгого режима. Кроме того, после отбытия основного наказания, им предстоит отбыть ограничение свободы сроком на 1 год 6 месяцев.

Разбой сопряженный с убийством приговор

Опубликовано: Марцев А.И., Токарчук Р.Е. Вопросы совокупного вменения разбоя или вымогательства и преступлений против жизни // Уголовное право. – 2008. – № 2. – С. 38-41. (авторство не разделено).

Альберт МАРЦЕВ
профессор Омской академии МВД РФ, доктор юридических наук

Роман ТОКАРЧУК
адъюнкт Омской академии МВД РФ

Когда «насилие», имеющее в своем содержании различный вред здоровью, выступает способом совершения хищения, возникает закономерный вопрос о наличии конкуренции преступлений против личности с насильственными хищениями или множественности преступлений. Для правильного решения этого вопроса необходимо в каждом конкретном случае, проанализировав юридические составы и санкции разбоя или насильственного вымогательства и преступлений против жизни или здоровья, сопоставить их с конкретным проявлением преступного деяния. Столь сложный подход вызван тем, что: «понять, что охватывается насилием, исследуя признаки диспозиции статьи, невозможно. Фактически содержание насилия устанавливается только из анализа санкции» [1] .

Поглощение вреда здоровью статьями 162 и 163 Уголовного кодекса Российской Федерации (УК РФ) возможно лишь до тех пор, пока определенная тяжесть ущерба, причиняемого дополнительному непосредственному объекту, т.е. посягательство на личность потерпевшего, не выходит за пределы, предусмотренные законом, которые установлены в санкциях исследуемых составов [2] . «Если же ущерб указанным объектам вышел за эти пределы, преступные действия следует квалифицировать уже не только по данной, но и по иной статье, которая предусматривает указанные объекты в качестве основного (непосредственного) объекта уголовноправовой охраны» [3] . Данное правило основано на том, что исследуемые составы относят к «двухобъектным насильственным преступлениям» [4] или сложным составам учтенной совокупности [5] . Составное преступление «не требует дополнительного вменения входящих в него простых преступлений во всех случаях, когда его санкция выше» [6] .

Убийство, совершенное в разбое или вымогательстве на любом этапе квалифицируется самостоятельно как сопряженное с последним, в связи с тем, что санкция ст. 105 выше, чем статей 162 и 163 УК РФ. Так кассационным определением Верховного Суда Российской Федерации от 11.01.2006 г. оставлен без изменения приговор в отношении О., который, в одном из эпизодов, совместно с К. совершил убийство С., нанеся ей ножом колото-резанные ранения шеи, с целью хищения. Указанное деяние по приговору Верховного Суда Удмуртской Республики было квалифицировано в отношении О. по п.п. «ж, з» ч. 2 ст. 105 и п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ [7] . О. совершил два преступления: убийство, сопряженное с разбоем; а также разбой с применением оружия. Осужден же он не только за указанные преступления, но и за причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего (п. «в» ч. 4 ст. 162), включенное преступление сложносоставного деяния учтенной совокупности. Совершив убийство, он был привлечен к ответственности за то, что этим убийством причинил потерпевшему тяжкий вред здоровью или наоборот причинением тяжкого вреда здоровью совершил убийство.

В п. 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 29 от 27.12.2002 г. «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое» указано, что если лицо во время разбойного нападения совершает убийство потерпевшего, содеянное им следует квалифицировать по п. «з» ч. 2 ст. 105, а также — по п. «в» ч. 3 ст. 162 (п. «в» ч. 4 ст. 162 в ред. Федерального закона от 08.12.2003 № 162-ФЗ ) УК РФ. Эта рекомендация распространяется и на случаи идеальной совокупности вымогательства и убийства [1] .

Данная позиция не соответствует требованиям принципа справедливости, согласно которым никто не может нести уголовную ответственность дважды за одно и то же преступление (ч. 2 ст. 6 УК РФ). Мы не обсуждаем в этой работе вопрос «двойного» (сопряженного) вменения разбоя в п. «з» ч. 2 ст. 105 и ст. 162 УК РФ, который является объектом множества исследований [8] . Наша цель раскрыть допущенную Верховным Судом РФ рекомендацию очевидного двойного вменения тяжкого вреда здоровью в рамках п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ и убийства.

Вменение в совокупности с убийством п. «в» ч. 4 ст. 162 УК или п. «в» ч. 3 ст. 163 УК обосновано словами Л.Д. Гаухмана в отношении норм УК РСФСР, который указывал, что в совокупности с составом убийства из корыстных побуждений «должен применяться п. «в» ч. 2 ст. 91 или п. «в» ч. 2 ст. 146 УК РСФСР, поскольку смерть потерпевшего может наступить лишь в результате насилия, повлекшего тяжкие телесные повреждения… Такая квалификация разбоя, сопряженного с умышлен­ным убийством, полностью выражает юридическую приро­ду этого преступления и дает ему наиболее правильную оценку по степени общественной опасности» [9] . Дело в том, что квалификация по совокупности в УК РСФСР не влекла каких-либо иных правовых последствий, «отличных от тех, которые вытекают из факта осуждения лишь за одно насильственное преступление» [10] .

Справедливая критика данной позиции по отношению к действующему УК РФ представлена как робкими высказываниями, что: « смерть не обязательно является результатом причинения тяжкого вреда здоровью жертве посягательства, подобная квалификация не всегда верна» [11] , так и категоричными заявлениями, что: «Смерть (биологическая) как прекращение жизнедеятельности организма человека, гибель его, находится за рамками тяжкого вреда здоровью (в ином случае не было необходимости устанавливать уголовную ответственность за причинение смерти человеку)… если следовать такой логике, то все случаи убийства, так или иначе, придется квалифицировать по совокупности преступлений – как убийство и умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, поскольку убийство не есть причинение тяжкого вреда здоровью, но наступление смерти – последствие причинения тяжкого вреда здоровью» [12] .

Тяжкий вред здоровью, являющийся содержанием особо квалифицированных составов разбоя и насильственного вымогательства (п. «в» ч. 4 ст. 162 и п. «в» ч. 3 ст. 163 УК), является включенным в эти сложносоставные деяния преступлением против личности. Его общественная опасность учтена в санкциях указанных составов. Данный вред здоровью не может быть вменен дополнительно ни как самостоятельное деяние, ни как этап убийства, которое невозможно без вреда для здоровья. «Посягательство на дополнительный объект, которым выступает здоровье, телесная неприкосновенность личности, является в данном случае необходимым этапом, «средством» причинения вреда основному объекту» [13] . Убийство, совершенное в процессе вымогательства, по мнению А.И. Бойцова, должно квалифицироваться по совокупности преступлений, предусмотренных п. «з» ч. 2 ст. 105 и соответствующей частью ст. 163 УК, за исключением п. «в» ч. 3, поскольку его вменение нарушало бы принцип справедливости [14] . Мы считаем, что убийства сопряженные с разбоем или вымогательством должны квалифицироваться по совокупности п. «з» ч. 2 ст. 105 и соответствующим пунктам статей 162 и 163 УК РФ, предусматривающим «насилие», но без вменения учтенной совокупности с причинением тяжкого вреда здоровью. При такой квалификации в рамках ч. 1 ст. 162 и п. «в» ч. 2 ст. 163 УК РФ будет учтено выбранное виновным в качестве способа хищения физическое принуждение (насилие), не составляющее состава преступления. Потенциальная его опасность, предусмотренная в признаке «насилие» будет реализована в умышленном убийстве, сопряженном с разбоем, но не в причинении тяжкого вреда здоровью для убийства и не в убийстве посредством причинения тяжкого вреда здоровью. Если умысел по отношению к насилию в разбое был направлен на убийство, то квалифицировать указанное действие и как причинение тяжкого вреда здоровью неприемлемо.

Наступление смерти по неосторожности в результате «насилия» при разбое или вымогательстве тоже требует дополнительной квалификации, т.к. это деяние не связано причинно-следственной связью с изъятием имущества, т.е. не является способом этого преступления против собственности [15] . Согласно рекомендациям ВС РФ: «Если в ходе разбойного нападения с целью завладения чужим имуществом потерпевшему был причинен тяжкий вред здоровью, что повлекло за собой наступление его смерти по неосторожности, содеянное следует квалифицировать по совокупности преступлений — по пункту «в» части третьей статьи 162 и части четвертой статьи 111 УК РФ» [16] . Данная рекомендация, которая применяется на практике и к квалифицированному вымогательству, также нарушает озвученный принцип справедливости. Судам предписывается наказывать за причинение тяжкого вреда здоровью дважды: в особо квалифицированном составе сложного преступления учтенной совокупности (п. «в» ч. 4 ст. 162 и п. «в» ч. 3 ст. 163), и ч. 4 ст. 111 УК РФ в качестве основного деяния, также составного преступления учтенной совокупности. Вымогательство, совершенное с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего, повлекшего по неосторожности его смерть, по мнению А.И. Бойцова, должно квалифицироваться по совокупности преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 111 и соответствующей части ст. 163 УК РФ за исключением п. «в» ч. 3, предусматривающего ответственность за вымогательство, совершенное с причинением тяжкого вреда здоровью, поскольку его вменение нарушало бы принцип «не дважды за одно и то же» [17] .

Правильной, в исследуемом случае, будет квалификация по п. «в» ч. 4 ст. 162 или п. «в» ч. 3 ст. 163 и ст. 109 УК РФ «Причинение смерти по неосторожности». Компенсировать повышенную общественную опасность «определенной умыслом неосторожности», в этом случае, можно предложенным нами ранее способом [18] : включением в ч. 3 ст. 109 УК РФ особого квалифицирующего признака неосторожного причинения смерти – «в результате совершения умышленного преступления». Этот признак определяет наличие промежуточного психического формирования, «которое производно от умысла и неосторожности, но не сводимо к ним» [19] . В случае наличия указанного стечения двух форм вины в неосторожном деянии, оно приобретает иной характер общественной опасности, чем просто неосторожное причинение вреда, за счет первоначальной умышленности криминального поведения виновного, что требует особого уголовного преследования. Предложенный квалифицирующий признак не включает первичное умышленное преступление в свое содержание, т.е. не предполагает наличие сложного состава учтенной совокупности преступлений. Он отражает именно дифференцированный подход к «определенной умыслом неосторожности», новому качеству субъективной стороны деяния, в виде квалифицирующего обстоятельства неосторожного преступления.

В действующей практике выявленные факты рекомендованного Верховным Судом РФ двойного вменения тяжкого вреда здоровью необходимо устранить. Составной характер с причинением тяжкого вреда здоровью связан с усилением уголовной ответственности и заложен в самих редакциях п. «в» ч. 4 ст. 162 и п. «в» ч. 3 ст. 163 УК РФ, а не в толковании их высшим судебным органом страны.

Для этого в действующей практике предлагаем внести в Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27.12.2002 г. № 29 следующие изменения:

— абзац пятый п. 21 изложить в следующей редакции:

«Если в ходе разбойного нападения с целью завладения чужим имуществом потерпевшему был причинен тяжкий вред здоровью, что повлекло за собой наступление его смерти по неосторожности, содеянное следует квалифицировать по совокупности преступлений — по пункту «в» части третьей статьи 162 и статье 109 УК РФ».

— п. 22 изложить в следующем виде:

«Если лицо во время разбойного нападения совершает убийство потерпевшего, содеянное им, следует квалифицировать по пункту «з» части второй статьи 105 УК РФ, а также по части первой статьи 162 УК РФ, если отсутствуют отягчающие обстоятельства, предусмотренные частью второй или третьей этой статьи. Причинение потерпевшему тяжкого вреда здоровью в убийстве, охватывается пунктом «з» части второй статьи 105 УК РФ и дополнительной квалификации по пункту «в» части третьей статьи 162 УК РФ не требует. При наличии в действиях виновного в разбойном нападении других отягчающих обстоятельств (например, разбой, совершенный группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в жилище, с применением оружия, и т.п.) эти признаки объективной стороны разбоя должны быть указаны в описательной части приговора».

[1] См: Обзор Верховного Суда РФ за 4-й квартал 2004 г. № 661п04 // Консультант Плюс. 2006.

[1] Иногамова-Хегай Л.В. Конкуренция норм уголовного права. М., 1999. С. 119.

[2] См.: Питецкий В. Квалификация преступлений, совершаемых с применением физического насилия // Сов. Юстиция. № 1. 1993. – С. 13.

[3] Симонов В.И. Уголовноправовая характеристика физического насилия. Автореф. дисс… канд. юрид. наук. – Свердловск, 1972. – С. 23-24.

[4] См.: Гаухман Л.Д. Насилие как средство совершения преступления. – М., 1974. – С. 3-32.

[5] См.: Малков В.П. Множественность преступлений и ее формы по советскому уголовному праву. Казань, 1982. — С. 16; Панов Н.И. Способ совершения преступления и уголовная ответственность. — Харьков, 1982. — С. 97.

[6] Веселов Е.Г. Еще раз о квалификации «сопряженного» убийства. Опубликовано: «Российский следователь». 2005. № 9 // Консультант Плюс. 2006.

[7] Архив ВС РФ. КО от 11.01.2006 г. по делу № 43-о05-70 // Консультант Плюс. 2006.

[8] См. напр.: Попов А.И. Убийство при отягчающих обстоятельствах. — СПб., 2003. — С. 323; Побегайло Э. Кризис современной российской уголовной политики // Уголовное право. 2004. № 4. С. 112 — 113; Волженкин Б.В. Принцип справедливости и проблемы множественности преступлений по УК РФ // Законность. 1998. № 12; Бородин С.В. Преступления против жизни. — СПб., 2003. — С. 133; Курс уголовного права. Особенная часть: Учебник для вузов. Т. 3. / Под ред. Г.Н. Борзенкова и В.С. Комиссарова. — М., 2001. — С. 124–125; Курс уголовного права. Т. 3. — М., 2002. — С. 124, 125; Салихов Ш. Убийство, сопряженное с разбоем: одно преступление или совокупность? Опубликовано: «Законность». 2005. N 2 // Консультант Плюс. 2006.

[9] Гаухман Л.Д. Борьба с насильственными посягательствами. – М. 1969. – С. 94.

[11] Барченков Д.В. Разбой (уголовно-правовые и криминологические аспекты). Дисс… канд. юр. наук. – Рязань, 2002. – С. 102.

[12] Вьюнов В.М. Разбой: уголовно-правовая характеристика. Дисс. канд. юрид. наук. – Томск, 2003. – С. 166-167.

[13] Панов Н.И. Квалификация преступлений совершаемых путем применения физического насилия // Проблемы дальнейшего укрепления социалистической законности в деятельности органов внутренних дел. Межвуз. сб. науч. тр. – Киев. 1986. – С. 31-32; См. также: Кригер Г. Л. Ответственность за разбой. – М., 1968. – С. 10.

[14] См.: Бойцов А.И. Преступления против собственности. – СПб.: Издательство «Юридический центр Пресс», 2002. – С. 723-724.

[15] См.: Марцев А., Токарчук Р. Вина в насильственных хищениях // Уголовное право. – 2007. № 3. – С. 40.

[16] См.: п. 21 Постановления ПВС РФ от 27.12.2002 г. № 29.

[18] См.: Марцев А., Токарчук Р. Указ. соч. – С. 42.

[19] Якушин В.А. Комментарий к ст. 27 УК. Комментарий к УК РФ: (постатейный) // отв. ред. Л.Л. Кругликов. – М., 2005. – С. 60.

Прокуратуры РФ

Главная Северо-Западный федеральный округ Архангельская область

Архангельским областным судом вынесен приговор в отношении безработного жителя Котласского района Владимира Пушкарева, который признан виновным в совершении разбоя с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего и убийстве, сопряженном с разбоем (п. «в» ч. 4 ст. 162, п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ).

Судом установлено, что Пушкарев в ночь с 20 на 21 апреля 2014 года в состоянии алкогольного опьянения в одном из домов г. Котласа из-за отказа гражданина А. приобрести спиртное напал на него, нанес множество ударов руками, ногами и кирпичом по голове и телу, после чего завладел 60 рублями и мобильным телефоном стоимостью 1000 рублей. От полученных травм потерпевший скончался.

Приговором суда Пушкареву назначено наказание в виде 15 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы сроком на 1 год 6 месяцев. Кроме того, с него взыскан 1 млн. рублей в качестве компенсации морального вреда в пользу матери убитого.

Государственное обвинение по уголовному делу поддержано группой государственных обвинителей в составе заместителя прокурора области Владимира Ананьева, прокуроров уголовно-судебного отдела Олега Стадниченко и Андрея Минькина.

НЕКОТОРЫЕ ВОПРОСЫ КВАЛИФИКАЦИИ УБИЙСТВ,
СОПРЯЖЕННЫХ С РАЗБОЕМ

Пунктом «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ предусмотрена ответственность за убийство, сопряженное с разбоем.

Убийство — это умышленное причинение смерти другому человеку (ч. 1 ст. 105 УК РФ), разбой — нападение в целях хищения чужого имущества, совершенное с применением насилия, опасного для жизни или здоровья, либо с угрозой применения такого насилия (ч. 1 ст. 162 УК РФ).

В соответствии с примечанием к ст. 158 УК РФ под хищением понимаются совершенные с корыстной целью противоправные безвозмездное изъятие и(или) обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц, причинившие ущерб собственнику или иному владельцу этого имущества.

Понятие «нападение» используется не только в ст. 162 УК РФ, но и в ст.ст. 37, 209, 227, 340 и 360 УК РФ. Однако в Уголовном кодексе не дано разъяснения данного термина. Оно имеется в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О практике применения судами законодательства об ответственности за бандитизм» от 17 января 1997 г. № 1. В пункте 6 данного Постановления указано, что под нападением следует понимать действия, направленные на достижение преступного результата путем применения насилия над потерпевшим либо создания реальной угрозы его немедленного применения.

Согласно п. 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)» от 27 января 1999 г. № 1 убийство, сопряженное с разбоем, квалифицируется по п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ в совокупности со статьей УК РФ, предусматривающей ответственность за разбой.

Аналогичная рекомендация содержится в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое» от 27 декабря 2002 г. № 29, где в п. 22 отмечается, что такое убийство надлежит квалифицировать по п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ и по п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ, а при наличии в действиях виновного в разбойном нападении других отягчающих обстоятельств (например, разбой, совершенный группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в жилище, с применением оружия и т. п.) эти признаки объективной стороны разбоя должны быть указаны в описательной части приговора.

Большинство ученых(1) так же полагают, что действия лица, совершившего разбой и сопряженное с ним убийство, должны квалифицироваться по совокупности п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ и ст. 162 УК РФ.

Это подтверждается и судебной практикой.

Так, приговором Архангельского областного суда от 15 октября 2010 г. А. осужден по п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ, п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ и признан виновным в убийстве Х. Д. во время разбойного нападения при следующих обстоятельствах.

9 января 2010 г. в период с 10 ч 35 мин до 12 ч 40 мин А. решил совершить разбойное нападение на Х. Д. и ее убийство с целью хищения у нее денег.

Реализуя задуманное, А. вооружился молотком и вошел в квартиру, где находилась потерпевшая.

В квартире, с целью хищения денег и убийства потерпевшей, А. напал на Х. Д., используемым в качестве оружия молотком умышленно нанес потерпевшей не менее восьми ударов по голове, причинив телесные повреждения характера тупой открытой проникающей черепно-мозговой травмы, расценивающиеся как тяжкий вред здоровью, от которых наступила смерть Х. Д. на месте происшествия, обыскал квартиру и похитил принадлежащие потерпевшей 15 600 рублей и не представляющую ценности бутылку водки, с похищенным скрылся и распорядился им по своему усмотрению(1).

От убийства, сопряженного с разбоем, когда предметом последнего являются находящиеся при потерпевшем вещи (деньги, часы и т. д.), необходимо отличать убийство с последующей кражей принадлежащего убитому имущества. С объективной стороны данные преступления похожи: и в том, и в другом случае потерпевшему причиняется смерть и происходит изъятие находящегося при нем имущества. Однако если второе деяние квалифицируется по ст. 158 УК РФ и ч. 1 ст. 105 УК РФ (когда убийство совершено, например, на почве личных неприязненных отношений), то квалификация первого предполагает более суровую ответственность по п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ и ст. 162 УК РФ. Различие здесь необходимо приводить по субъективной стороне: при убийстве с последующей кражей умысел на хищение чужого имущества у виновного всегда возникает после причинения смерти потерпевшему, а разбой и сопряженное с ним убийство предполагают наличие умысла на завладение чужим имуществом до начала выполнения объективной стороны убийства.

Так, по делу С., осужденного Рязанским областным судом за разбой и умышленное убийство, сопряженное с разбоем, приговор был изменен потому, что вердиктом присяжных не было установлено совершение С. убийства с целью завладения деньгами потерпевшей.

Присяжные заседатели признали до-казанным, что 13 марта 2000 г. С. пришел в квартиру своей знакомой Б., в процессе общения с ней накинул ей на шею петлю и задушил. Затем он похитил из квартиры деньги и вещи, принадлежавшие по-терпевшей. Однако из вердикта не усматривалось, что умысел у С. на хищение имущества Б. возник до применения в отношении ее насильственных действий.

Поэтому его действия переквалифи-цированы с п.»в» ч. 3 ст. 162 УК РФ на п. «г» ч. 2 ст. 158 УК РФ и исключено осуждение по п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ(2).

Примером аналогичной квалификации является решение Новосибирского областного суда по делу Т. Т. в помещении торгового киоска в ходе совместного распития спиртных напитков совершил убийство своей знакомой Ж., нанеся ей удары ножом в жизненно важные органы, после чего завладел имуществом Ж., а также имуществом, принадлежавшим владельцу киоска.

Органами предварительного расследования действия Т. были квалифицированы

по пп. «ж», «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ и п. «в» ч. 2 ст. 162 УК РФ как убийство, совершенное с особой жестокостью, сопряженное с разбоем, и разбой, совершенный с применением предмета, используемого в качестве оружия, с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшей.

Установив, что убийство Ж. было совершено Т. на почве возникших в результате ссоры личных неприязненных отношений и только после этого у него возник умысел на хищение чужого имущества, суд переквалифицировал действия Т. с п. «в» ч. 3 ст. 162 УК РФ и п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ на ч. 1 ст. 158 УК РФ и ч. 1 ст. 105 УК РФ(1).

В пункте «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ признак сопряженности убийства с разбоем предусмотрен наряду с признаком «из корыстных побуждений», поэтому возникает вопрос о возможности квалификации одновременно по двум этим признакам.

О. С. Ивченко полагает, что «признаки корыстных побуждений и сопряженности с разбоем, хотя в чем-то и пересекаются, но характеризуют разные стороны убийства при отягчающих обстоятельствах», следовательно, делает она вывод, нужно указывать оба этих признака, так как «такая квалификация деяния будет юридически наиболее полно и точно отражать сущность совершенного преступления». Автор обосновывает свою позицию так: «Пункт “з” ч. 2 ст. 105 УК РФ предусматривает ответственность за убийство из корыстных побуждений, а равно ответственность за убийство, сопряженное с разбоем, что… подчеркивает самостоятельность этих преступлений. Понятие корыстного убийства шире, чем убийство при разбойном нападении, вследствие чего убийство, сопряженное с разбоем, не может охватывать понятие убийства из корыстных побуждений. В отдельных случаях лицо, совершающее убийство, может не принимать участие в разбое, или обвинение в разбое может отпасть по обстоятельствам дела, но при наличии корыстных побуждений этот признак убийства остается»(2).

Большинство же ученых(3) приходят к справедливому, на наш взгляд, выводу, что в случае совершения убийства, сопряженного с разбоем, нет необходимости дополнительно вменять признак «из корыстных побуждений», поскольку а) сопряженность умышленного лишения жизни человека с разбоем означает обусловленность убийства данным преступлением, а следовательно, и его субъективными признаками(4); б) разбой совершается из корыстных побуждений и, соответственно, характеризуемое корыстными побуждениями убийство, сопряженное с разбоем, является частным случаем корыстного убийства(5).

Такой же позиции придерживается и суд. В Обзоре кассационной практики Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации за 1998 год указано, что убийство, совершенное по совокупности с разбойным нападением, характеризуется корыстными мотивами(6). В Постановлении от 28 апреля 2004 г. по делу Г. Президиум Верховного Суда Российской Федерации указал: «Суд первой инстанции правильно установил, что Г. совершено убийство в процессе разбойного нападения, однако излишне вменил квалифицирующий признак преступления — убийство “из корыстных побуждений”.

Отграничение убийства, сопряженного с разбоем, от оставления в опасности при совершении данного преступления проводится по субъективной стороне: в первом случае у виновного имеется прямой или косвенный умысел на лишение жизни человека, при оставлении в опасности виновный лишь ставит потерпевшего в опасное для жизни или здоровья состояние при отсутствии умысла на убийство.

Так, приговором Челябинского областного суда от 28 августа 2006 г. З. осужден по п. «б» ч. 3 ст. 161 УК РФ (по эпизодам от 5, 24, 26 марта, 9 июня, 23 июля, 17 августа 2004 г.); А. осужден по п. «б» ч. 3 ст. 161 УК РФ, п. «б» ч. 4 ст. 162 УК РФ; Г. осужден по п. «б» ч. 3 ст. 161 УК РФ (по эпизодам от 5, 24, 26 марта, 9 июня, 23 июля, 24 октября 2004 г.), п. «б» ч. 4 ст. 162 УК РФ, п. «б» ч. 3 ст. 161 УК РФ (по эпизоду от 8 ноября 2004 г.), ч. 1 ст. 325 УК РФ, ст. 125 УК РФ.

З., А. и Г. были признаны виновными в серии ограблений водителей автокранов и иных лиц, А. и Г. — дополнительно в разбое, а Г. еще и в похищении официальных и важных личных документов Б. и в заведомом оставлении в опасности Г. Л., которого сам поставил в опасное для жизни состояние.

Органами предварительного следствия действия Г. по эпизоду в отношении Г. Л. были квалифицированы по пп. «ж», «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ и ст. 162 УК РФ.

В кассационном представлении государственный обвинитель указал на необоснованность переквалификации действий З., А. и Г. со ст. 162 УК РФ на ст. 161 УК РФ и переквалификации действий Г. с пп. «ж», «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ на ст. 125 УК РФ.

Проверив материалы дела, Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации пришла к следующим выводам.

По эпизоду от 26 марта 2004 г. — ограбление водителя автокрана Г. Л. и ООО виновность Г. и З. доказана показаниями осужденного З. в процессе предварительного расследования, представителя ООО М., свидетелей Б., Г., П., вещественными и другими собранными доказательствами.

Оценив приведенные данные в совокупности с другими доказательствами, суд обоснованно квалифицировал действия Г. и З. по п. «б» ч. 3 ст. 161 УК РФ.

Заведомое оставление Г. Л. в беспомощном состоянии доказано показаниями потерпевших С. и Р. о том, что после похищения автокранов их увозили в безлюдное место, где насильно поили водкой.

Из показаний З. следует, что после похищения автокрана Г. и другое лицо увезли Г. Л.

Из протокола осмотра места происшествия видно, что тело Г. Л. было обнаружено 30 марта 2004 г. в пригороде Челябинска у заброшенного производственного здания.

По заключению судебно-медицинской экспертизы, смерть Г. Л. наступила от переохлаждения организма, перед смертью он находился в тяжелой степени алкогольного опьянения, поскольку выпил не менее 580 мл спиртного.

Из показаний свидетелей и медицинских документов видно, что Г. Л. спиртные напитки не употреблял.

По сообщению гидрометеорологической службы, температура воздуха в Челябинске 26 марта 2004 г. была минус 8,4 градуса.

Оценив приведенные данные, суд обоснованно квалифицировал действия Г. по ст. 125 УК РФ.

Несостоятельны доводы кассационного представления о том, что Г. совершил умышленное убийство Г. Л., что суд необоснованно переквалифицировал его действия с пп. «ж», «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ на ст. 125 УК РФ.

Суд обоснованно указал в приговоре, что по делу нет данных о наличии у осужденного умысла на лишение Г. Л. жизни, что он совершил действия, направленные на это.

Суд установил, что участники ограбления, как и в предшествующих случаях, напоили потерпевшего водкой, оставив его в безлюдном месте. В остальных случаях потерпевшие выбирались из тех мест, где их оставляли грабители. В данном случае потерпевший от выпитой водки потерял сознание и не пришел в себя. По стечению обстоятельств, температура воздуха в ночь на 25 марта понизилась, он замерз. В деле нет данных о том, что Г. с целью лишения потерпевшего жизни оставил его пьяным в безлюдном месте, зная, что он замерзнет. Доводы кассационного представления по этому поводу основаны на предположениях(1).

В рассматриваемом примере суд, не установив умысла Г. на лишение жизни Г. Л., переквалифицировал его действия со ст. 105 УК РФ на ст. 125 УК РФ. Переквалификация действий виновного со ст. 162 УК РФ на ст. 161 УК РФ произведена судом в соответствии с разъяснениями постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое» от 27 декабря 2002 г. № 29, согласно которым «в случаях, когда в целях хищения чужого имущества в организм потерпевшего против его воли или путем обмана введено опасное для жизни или здоровья сильнодействующее, ядовитое или одурманивающее вещество с целью приведения потерпевшего в беспомощное состояние, содеянное должно квалифицироваться как разбой. Если с той же целью в организм потерпевшего введено вещество, не представляющее опасности для жизни или здоровья, содеянное надлежит квалифицировать в зависимости от последствий как грабеж, соединенный с насилием». Виновные насильно поили потерпевших водкой — веществом, которое, как, по всей видимости, и определил суд, само по себе не представляет опасности для жизни или здоровья.

В другом случае суд, исходя из обстоятельств дела, установил наличие косвенного умысла на умышленное причинение смерти потерпевшему при совершении разбоя и квалифицировал действия виновных как убийство, сопряженное с разбоем.

Приговором Омского областного суда от 1 августа 2005 г. Л. и Б. наряду с иными составами преступлений были осуждены по п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ и пп. «ж», «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ за разбой группой лиц по предварительному сговору, с применением предметов, используемых в качестве оружия, с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего и убийство, совершенное группой лиц по предварительному сговору, сопряженное с разбоем.

В кассационном представлении государственный обвинитель просил об отмене приговора в отношении Л. и Б., считая, что выводы суда в части обоснования косвенного умысла на убийство потерпевшего противоречивы, выводы суда об умышленном характере преступных действий Б. и Л., направленных на причинение смерти К., носят противоречивый характер.

Проверив материалы дела, Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации установила, что вывод суда о доказанности вины Л. и Б. в разбойном нападении на К. и его убийстве группой лиц по предварительному сговору, сопряженном с разбоем, соответствует материалам дела и подтвержден приведенными доказательствами.

Так, сами осужденные Л. и Б. не отрицали того обстоятельства, что договорились забрать у таксиста деньги. С этой целью Б. поймал такси, а затем позвал в машину Л. В тот момент, когда водитель разворачивал машину, Б. нанес ему удары штакетиной по голове, а Л. — по туловищу. Затем они подвергли водителя избиению на улице, повезли в сторону пляжа, чтобы забрать деньги. На пляже вытащили К. из машины, обыскали, забрали деньги, которые потом поделили. Когда водитель стал подниматься, вновь нанесли ему удары. Затем на машине уехали с места происшествия и бросили ее в районе аэропорта.

Эти обстоятельства следуют и из явки с повинной Б. и Л. и протоколов проверки их показаний на месте, протокола осмотра места происшествия — пляжа, где был обнаружен труп К., протоколов выемки, заключения биологической экспертизы о наличии следов крови потерпевшего К. на одежде осужденных, выводов судебно-медицинской экспертизы о характере и степени тяжести причиненных
К. телесных повреждений и причине его смерти, которые объективно подтверждают показания осужденных об обстоятельствах дела.

Выводы суда об умысле Л. и Б. на убийство потерпевшего в приговоре надлежаще мотивированы.

Как обоснованно указал суд в приговоре, о косвенном умысле Л. и Б. на убийство К., сопряженное с разбоем, свидетельствуют не только их показания, в частности: о предварительной договоренности об открытом хищении денег, угоне автомашины, об избиении потерпевшего без предъявления ему каких-либо требований имущественного характера, о бессознательном состоянии потерпевшего, наступившем от их совместных действий, о перевозке и оставлении потерпевшего в безлюдном месте в холодное время года, которые суд взял за основу при вынесении приговора, но также и количество, характер и локализация телесных повреждений, причиненных К. в область жизненно важных органов, которые причинены были совместными согласованными действиями обоих подсудимых.

Эти данные свидетельствуют о том, что Л. и Б., избив К. и оставив его в бессознательном состоянии в безлюдном месте в холодное время года, осознавали общественную опасность своих действий, предвидели возможность наступления общественно опасных последствий, в том числе и в виде смерти потерпевшего, не желали последствий в виде смерти потерпевшего, однако относились к ним безразлично(1).

Смотрите еще:

  • 2281 ук рф до 2012 Определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 16 мая 2012 г. N 45-Д12-16 Суд изменил приговор и смягчил назначенное наказание, переквалифицировав действия осужденного как покушение на незаконный сбыт наркотических средств в […]
  • 2 ст 20 ук рф Статья 20. Возраст, с которого наступает уголовная ответственность 1. Уголовной ответственности подлежит лицо, достигшее ко времени совершения преступления шестнадцатилетнего возраста. 2. Лица, достигшие ко времени совершения преступления […]
  • Сколько надо отработать на госслужбе до пенсии Пенсия для госслужащего Добрый день! Скажите, пожалуйста, каковы условия начисления пенсии для госслужащего? Сколько лет необходимо отработать в госслужбе для получения соответствующей пенсии? Ответы юристов (1) Госслужащий, отдавший […]
  • Нгсс до оао стронег ооо сф СФ "НГСС" до ОАО "Стронег", ООО СФ "НГСС" до ОАО "Стронег", ООО зарегистрирована по адресу Башкортостан Респ, г.Нефтекамск, ул.Магистральная, д.5, к.2, 452680. КОНКУРСНЫЙ УПРАВЛЯЮЩИЙ организации ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ […]
  • Закон рф о приватизации жилищного фонда в российской Закон "О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации" Информация об изменениях: Законом РФ от 23 декабря 1992 г. N 4199-I в название настоящего Закона внесены изменения Закон РФ от 4 июля 1991 г. N 1541-I"О приватизации жилищного […]
  • Андронов алексей юрист Алексей Андронов Партнер, адвокат Специализация Антимонопольное право, Взаимодействие с органами государственной власти, Инвестиции, Корпоративное право, Недвижимость, Реструктуризация, Слияния и поглощения, Уголовное право Г-н Андронов […]
admin

Обсуждение закрыто.